Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
 

Филофей Псковский

См. 16 век. Мессианизм.

Его послания: славянский текст. Перевод. О нём общая справка Гольберга и Дмитриевой.

О концепции "Москва - Третий Рим".

Малинин В. Старец Елеазарова монастыря Филофей и его послания. Киев, 1901.

Синицына Н.В. Третий Рим: истоки и эволюция русской средневековой концепции. М.: Индрик, 1998. 416 с.

Колесов, предисловие к посланию.

 

Гольдберг А. Л. Три «послания Филофея»: (опыт текстологического анализа) // ТОДРЛ. Л., 1974. Т. 23. С. 68—97; Приплетено к Малинину.

Веретенников М. Старец Филофей. Ярославские епархиальные ведомости, 2003. Приплетено к Малинину.

Москва - Третий Рим

Кириллов И. Третий Рим. Очерк исторического развития идеи русского мессианизма. М., 1914.

Стремоухов Д. Москва - Третий Рим: источник доктрины. 1947.

Шебатинский К. Исторический генезис идеи Москвы - Третьего Рима в XV веке // Вера и разум, 1908, 8, с. 289–300.

Лотман и Успенский. Отзвуки концепции «Москва Третий Рим» в идеологии Петра Первого. 1976.

Гольдберг. К предыстории идеи "Москва - третий Рим" // Оп.: Культурное наследие Древней Руси (Истоки. Становление. Традиции). М., «Наука», 1976. Cс.111-116

Из кн.: Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2 (вторая половина XIV – XVI в.). Ч. 1: А–К / АН СССР. ИРЛИ; Отв. ред. Д. С. Лихачев. – Л.: Наука, 1988:

Филофей (1-я пол. XVI в.) — монах Псковского Елеазарова монастыря, писатель-публицист, автор посланий. Биографических сведений о Ф. не сохранилось. Наиболее надежно Ф. атрибутируются послания псковскому дьяку Михаилу Григорьевичу Мисюрю Мунехину: Послание по случаю морового поветрия, Послание на противящихся божьей воле и Послание на звездочетцев. Первые два послания В. Малинин характеризует как две редакции, причем вторая редакция, по его мнению, написана самим же Ф. и послана была Мунехину как второе послание. Обычно в научной литературе о них говорят как о двух разных посланиях Мунехину.

Наибольший резонанс получило третье послание Мунехину — на звездочетцев (1523 или 1524 г.), в котором Ф. опровергает взгляды немецкого врача и астролога Николая Булева, утверждавшего, что первенство в христианском мире принадлежит католическому Риму. В качестве аргумента против латинской пропаганды Ф. выдвигает мысль о переходе функции опоры христианства к Русскому государству, поскольку ни первый Рим, ни второй Рим — Царьград не способны играть эту роль. Впервые сформулированная в этом Послании Ф. идея «Москва — третий Рим» (т. е. утверждение о том, что Россия пребудет истинным центром христианства до скончания веков) объединила в себе черты распространенной во всех христианских странах теории «длящегося Рима» с новым аспектом известной в древнерусской литературе идеи богоизбранности Руси. Появление идеи «Москва — третий Рим» связано со стремлением книжников кон. XV — нач. XVI в. определить роль Русского централизованного государства во всемирно-историческом процессе. Вместе с тем иосифлянин Ф., провозглашая Москву третьим Римом, возлагал на великого князя ответственность за судьбу всего христианства и поэтому обязывал его блюсти интересы церкви и защищать ее имущество.

К Посланию на звездочетцев тематически близкими оказываются еще несколько произведений и ряд позднейших компиляций: Послание о покорении разума откровению (по мнению В. Малинина, написано Ф. между 1521 и 1524 гг., следовательно, ранее Послания на звездочетцев; в статье «Три “послания Филофея”'» этот текст рассматривается как особая редакция Послания на звездочетцев); Послание к Иоанну Акиндеевичу о злых днях и часах, полностью повторяющее содержание Послания на звездочетцев (как считает В. Малинин, оно было отослано этому второму адресату самим Ф.; в статье «Три “послания Филофея”» включено в число списков Послания на звездочетцев); «Послание к вельможе в мире живуще», где повествуется о несоответствии астрологических выводов с учением о промысле божием (по мнению В. Малинина, написано ранее Послания на звездочетцев; в статье «Три “послания Филофея”» названо «декларацией об астрологии»).

Приписывали Ф. и другие сочинения. К числу их относится «Послание некоего старца в беде сущим», обращенное к опальным псковичам, пострадавшим после присоединения Пскова к Москве, и текстуально связанное с Посланием к опальному вельможе. В. Малинин и вслед за ним Н. Н. Масленникова считают, что оба произведения принадлежат Ф. Однако существует точка зрения, что Послание к опальному вельможе написано Сильвестром (3имин А. А. И. С. Пересветов и его современники. М., 1958. С. 54—55).

Имя Ф. встречается в ряде списков сочинений, именуемых в некоторых случаях посланиями к великим князьям Василию III Ивановичу и Ивану Васильевичу. Это Послание о крестном знамении, которое, по мнению В. Малинина и Н. Н. Масленниковой, было написано Ф. в 1510—1511 гг., и Послание об обидах, причиняемых русской церкви, которое атрибутируют Ф. В. Малинин и Н. Н. Масленникова, считая, что оно адресовано Ивану IV, в то время как О. Оглоблин и Н. Е. Андреев адресатом считают Ивана III. Однако имена адресатов в этих посланиях порой меняются, а порой — опускаются. Вероятно, авторство этих произведений, призывающих оградить русскую церковь от причиняемых ей обид и строго выполнять религиозные обряды, было лишь приписано Ф., а в действительности они были созданы в окружении митрополита Макария в кон. 1530—1540-х гг. В этих сочинениях использованы мотивы Послания на звездочетцев Ф. (в том числе идея «Москва — третий Рим») и более подробно говорится об ответственности правителя Русского государства за благосостояние церкви.

С именем Ф. А. А. Шахматов связывал составление Хронографа Русского редакции 1512 г. В настоящее время эта точка зрения отвергается (см.: Зимин А. А. Россия на пороге нового времени. М., 1972. С. 342—343; Творогов О. В. Древнерусские хронографы. Л., 1975. С. 205). А. А. Шахматов предполагал также, что Ф. участвовал в составлении Псковского летописного свода 1547 г. (см. Летописи Псковские). A. Н. Насонов посчитал такое предположение вполне вероятным (Насонов А. Н. История русского летописания XI — начала XVIII века. М., 1969. С. 327—328).

Сформулированная Ф. идея «Москва — третий Рим» почти до самого кон. XVI в. воспроизводилась лишь в составе указанных произведений. В связи с учреждением московского патриаршего престола она проникла в официальные документы, в литературные произведения (Повесть о белом клобуке, Повесть о зачале Москвы и др.) и получила отражение в публицистике и в церковной литературе XVII в. С 3-й четв. XVII в. послания Ф. были распространены главным образом в старообрядческой письменности.

Изд.: Малинин В. Старец Елеазарова монастыря Филофей и его послания. Киев, 1901.

Лит.: Шахматов А. А. К вопросу о происхождении Хронографа // СОРЯС. 1899. Т. 66. № 8; Масленникова Н. Н. 1) Идеологическая борьба в псковской литературе в период образования Русского централизованного государства // ТОДРЛ. М.; Л., 1951. Т. 8. С. 187—217; 2) К истории создания теории «Москва — третий Рим» // Там же. 1962. Т. 18. С. 569—581; Strеmooukhoff D. Moscow the third Rome: Sources of the Doctrine // Speculum. 1953. Vol. 28. N 1. P. 84—101; Andreyev N. 1) The Pskov-Pechery Monastery in the Sixteenth Century // Slavonic and East European Review. 1954. Vol. 32. P. 318—343; 2) Filofey and his Epistle to Ivan Vasilyevich // Ibid. 1959. Vol. 38. P. 1—31; Лурье Я. С. Идеологическая борьба в русской публицистике конца XV — начала XVI в. М.; Л., 1960. С. 367—383, 484—496; Кämpfer F. 1) Веоbachtungen zu den Sendschreiben Filofejs // Jahrbücher für Geschichte Osteuropas. 1970. Bd 18. H. 1. S. 1—26; 2) «Sendschreiben Filofejs» oder «Filofej— Zyklus»? // Canadian — American Slavic Studies. 1979. N 1—2. P. 126—138; Гольдберг А. Л. 1) Три «послания Филофея»: (опыт текстологического анализа) // ТОДРЛ. Л., 1974. Т. 23. С. 68—97; 2) Идея «Москва — третий Рим» в цикле сочинений первой половины XVI века // Там же. 1983. Т. 37. С. 139—149.

А. Л. Гольдберг, Р. П. Дмитриева

*

Предисловие В.В.Колесова к публикации "Послания".

 

 

ПОСЛАНИЯ СТАРЦА ФИЛОФЕЯ

Подготовка текста, перевод и комментарии В. В. Колесова

 

Биографические сведения о Филофее крайне скудны, известно, что он жил в первой половине XVI в. и был монахом Псковского Елеазарова монастыря (см.: Гольдберг А. Л., Дмитриева Р. П. Филофей // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Л., 1989. Вып. 2. Ч. 2. С. 471—473). Впервые его имя привлекло внимание русской общественной мысли после того, как в журнале «Православный собеседник» в 1861—1863 гг. были опубликованы его сочинения. Изложенная в них концепция «Москва — третий Рим» оказалась одной из центральных в русской публицистике и историософии последующего времени.

Главным сочинением Филофея является его послание псковскому дьяку Михаилу Григорьевичу Мисюрю-Мунехину. Повод к написанию послания был следующий. Николай Булев, известный публицист, переводчик и врач при великом князе Василии III, любекский немец по происхождению, приблизительно в 1522 г. перевел астрологический «Альманах» Штоффлера, содержащий предсказание о потопе в 1524 г. Перевод попал в руки Федора Карпова (см. его сочинения в настоящем томе) и М. Г. Мисюря-Мунехина, каждый из них обратился за разъяснениями к знающим лицам. Для Федора Карпова таким близким корреспондентом оказался Максим Грек, для М. Г. Мисюря-Мунехина — старец Филофей. Оба ответа совпадают в своем отрицательном отношении к астрологии и датируются концом 1523 — началом 1524 г., хотя историческая хронология, содержащаяся в тексте послания, не совпадает с этой датировкой (см. ниже).

Рассуждение Филофея отличается последовательностью и стройностью. Прежде всего он отвергает какое-либо значение астрологии, поскольку звезды как тела неодушевленные не могут оказывать влияния на судьбы людей или народов. Астрологии он противопоставляет иное объяснение исторического процесса: причиной изменений является божественная воля, причиной падения царств — неспособность удержаться в истинной вере. Эта историко-богословская концепция целиком находится в русле библейской историософии (см. ее полное выражение в Дан. 2, 21—22), но старцу Филофею необходимо примирить с нею падение православного Константинополя в 1453 г. и сохранение католическим Римом своего видимого благополучия. Объяснение Филофея звучит следующим образом: «Аще убо великаго Рима стены... не пленены, но души их от диавола пленены быша опреснок ради». Вслед за этим он дает пространное обоснование подлинности причастия квасным (дрожжевым) хлебом, что позволяет ему объявить истинным Римом московскую Русь как единственно независимое и безупречное христианское государство. Признание за Римом первенствующего значения опирается на традиционную христианскую екклисиологию (учение о Церкви).

Есть две возможности понимания смысла этой концепции. Во-первых, можно думать, с чем мы обычно и сталкиваемся, что послание Филофея дает политическое обоснование преемственности имперской власти от Рима к новому Риму — Константинополю — и далее к Москве. В этом случае мысль Филофея развивается параллельно или под влиянием так называемой концепции «переноса империи» (translatio imperii), которая в условиях средневековой Европы давала обоснование для возведения новых европейских монархий в достоинство юридически правомочных наследников Римской империи. В нашем случае, однако, изложение политической идеи формулируется на типичном для московской публицистики языке богословия, хотя немаловажным моментом оказывается употребление старцем Филофеем терминов «царь» и «царство» и хорошо разработанной царской титулатуры во втором из публикуемых посланий. Напомним, что приобретение титула «царь» вместо прежнего «великий князь» стало позже одной из забот Ивана Грозного.

Другая трактовка послания не признает за ним политического значения. Так, Вл. Соловьев обратил внимание на то, что для Филофея не существует императорского Рима, но только папский, и это препятствует рассмотрению концепции в русле европейской модели translatio imperii, к тому же автор отмечает, что римская государственность сохраняет свое существование («ромейское царство неразрушимо»). По мнению Н. Ульянова (Комплекс Филофея // Вопросы истории. 1994. № 4. С. 152—162), имперский мотив Москвы — третьего Рима уходит своими корнями не в XVI в., а в идейный и политический климат царствования Александра II, т. е. связан с «восточным вопросом» и развитием русского империализма. Лишь в наше время было установлено, что в наиболее авторитетном списке послания речь идет не о «росском» или «россейском», а о «ромейском» царстве, что, конечно, меняет понимание соответствующего пассажа.

Послание князю Василию интересно, как уже отмечалось, своей развитой титулатурой, приравнивающей великого князя к царю, и новым употреблением формулы «Москва — третий Рим». В нем затронуты также вопросы о замещении пустующих епископских вакансий и содомском грехе (гомосексуализме). Из контекста послания неясно, стоит за этими вопросами какая-либо историческая реальность или же перед нами литературные упражнения на темы, обычно разрабатываемые церковно-канонической письменностью.

«Послание о неблагоприятных днях и часах», адресованное М. Г. Мисюрю-Мунехину, публикуется по списку XVI в. РНБ, Q.Х?ІІ.15, лл. 493—497 об.; «Послание великому князю Василию» публикуется по списку начала XVII в. РНБ, собр. Погодина, 1620, лл. 223—227. Тексты посланий сверены с новейшей публикацией в книге: Синицына Н. В. Третий Рим: Истоки и эволюция русской средневековой концепции (XV—XVI вв.). М., 1998 (здесь же полный обзор вопроса и научной литературы о нем).

 

 

 
Ко входу в Библиотеку Якова Кротова